Трусость-Смелость.

Трусость – смелость, или смелость-трусость. Я смел, так как я могу быть трусом. Я признаю свою трусость, тревогу, страх и ужас, так же, как и интерес, отвагу, смелость, азарт. Не сомневаюсь, что можно сказать и обратное. Я трус, так как имею смелость им быть. И по моему вся эта череда изменчивости внутренних состояний происходит на фоне цепочки вопросов «Зачем  так, это сейчас мне?». Я иду по своему пути, пытаясь осознавать желания своего естества.

Желания? Мои? А мои ли это все желания, которые озаряют мою голову, периодически вгоняя меня на самую вершину ямы моей жизни?
Я напросто беру сигарету из пачки. Да какая в хрена разница из пачки, или же я стреляю огни заботы обо мне у прохожих, где-либо. И начинаю разрушать себя от тревоги, да напросто потому, что для меня это единственный способ спустить дым в растерянности и каким-то образом отслеживать реальность, по крупицам собирая ясность в целостный пазл. «Расчехляюсь».

Я не могу жить в пол силы, настолько же оптимистично, как и реальность пессимизма – я не могу умереть в половину своего бессилия.
Где-то жить, где-то умирать, как-то терять и что-то приобретать.
Выдох - результат один, как у начала и конца.

Чем Вы мне можете понравиться?

Преддождевые бури.

Шторм. Ослепительный бархат волн отражающих силу и мощь небесного светила. С детства, с самого детства я обожал, обожаю сейчас и, наверное, никогда не перестану с восхищением относиться к могуществу сил природы. Заливной ливень лупит водой по поверхности земли, по стенам домов их крышам, деревьям и всему, что только попадается ему на пути. Летний гром не оставивший своим присутствием, наверное уже, как лет двадцать мою память, обличает сейчас эхом меня в чувство свободы когда я купался в полутораметровых волнах, нырял, всячески резвился, как только мог в пучине водных страстей. Я выныриваю из-под воды, и меня окутывает своей откровенностью и непринужденностью заливной, шквальный ливень. Раскаты грома и вспышки молний неразрывны во времени в своем проявлении. Молниеносные нитки устремляются к водной поверхности, обретая в неге летней реки свою завершенность, переходя во вспышки пара стремящегося, продолжающего свой путь в круговороте воды.

Откуда у меня такое пристрастие в ранние годы восьми, девяти лет к столь рискованному увлечению, что вызывало во мне азарт к такому рискованному занятию, а сейчас нет?
Сейчас я думаю, что это вытесненное мною проявление естества, силы и мощи способных создавать бури, шторм, разбрасывать молнии по моему жизненному пути.

Отчаянная память. Она, память, несет во мне все те преграды которые мешали мне быть самим собой лишь только чтоб я мог выжить, будучи прикованным к семейной скале и ежедневно раздираемой душой.
Постепенно лишь шаг за шагом я со временем научился проливать дождь. И сейчас, толи с черной радостью, а может и с чувством светлой печали я, наслаждаюсь природой даровавшей мне в детстве столь дорого стоящее чувство внутренней свободы, наполнившееся сейчас подлинностью моего выбора. И день, и ночь, и все проходит.

Проза странного.

Странно. Для меня неожиданно и одновременно странно. Я спустился покурить на первый этаж по лестнице соединяющей второй и первый этажи дачи, поближе к фрамуге, форточке или попросту к вентиляционному отверстию созданному для обмена воздухом, находящегося в помещении и снаружи. В ожидании того, что табачный дым, как более горячий будет выходить наружу, он почему-то наоборот вытеснялся прохладным и свежим воздухом садов и реки, в окружении которых стоит моя крепость.

Я выхожу в мир, во внешнюю среду, для того чтобы разделить свою боль, слабость, растерянность, усталость. Разделить нужду в любви, новом признании, подлинной информации, материальной силе и сейчас только осознал, что постоянно спускаюсь на первый этаж, на старую площадку или же форму отношений в чем-то достаточно удобную и в тот же момент не способную предоставить мне полноценный обмен.

И как это я? Во истину странно, что я спускаюсь по межэтажному проходу, не обращая внимания на то, что законы физики не измены, а проход между этажами попросту сквозной. Есть открытая лестничная площадка позволяющая устанавливать связь этажей, различных уровней человеческих отношений в моей жизни. И горячий воздух поднимается вверх, а при свободном, открытом лестничном пролете, фрамуга со всевозможной тягой будет стремиться принести максимум свежего прохладного воздуха и со всей силой и мощью своего потока который понесет табачный дым вверх на второй этаж. При этом, мгновенно его, остужая и перемешивая со своей температурой.

Я вернулся на второй этаж в неостывшую кровать и пробую распахнуть окно, дабы и поэкспериментировать, проверить свою гипотезу и поздороваться с неподвластной охвату взора рекой. Мой мир, мой океан я пробую – нечто новое, вновь. Пауза. Я пробую открыть окошко, и ласковые, не опаляющие лучи света дарят мне нежность дня, поток свежего воздуха врывается во внутрь и наполняет мои легкие. Я закуриваю, и дача дышит вместе со мной и горизонтом летнего дня. И этот обмен легок и естественен, и приятен.
Да я пробую новое, новые действия, новые этапы в моей жизни – человеческих отношений.

С добрым утром.

Бытийность горизонтов.

Фантазирование – реальность. Моя машинка застряла в дюнах непознанного мною ралли. Возможна ли завершенная конечность, подвластная, достижимая осознанию?  Не факт. Думаю, это завершение всего пути и на финише, полный покой и тишина.

Растерянность, наполняющая меня в сей миг, как я думаю, сопоставима с изумлением, тревогой и азартом одинокого по жизни путника совершающего новый шаг на своем пути.
Пройденная боль, прожитая, раннее осознанная в виде душераздирающего шока повергающего в состояние оцепенения и перекрывшая мне некогда доступ кислорода в понимании себя и границ адекватности. Далее был шаг толи мною осознанный, скорее всего выбор мною был сделан бессознательно, на каком-то интуитивном уровне принятия решения и я остался. Остался в котле, из которого не каждый выбирается, хоть и у каждого он свой и не похож в своей сущности, на чей либо иной.

 Я, остался – решил присутствовать в ситуации реально понимая, что обратного пути нет и … О ужас! Нет и сил выйти из него, а впереди лишь бессилие, граничащее с добровольным выходом с дистанции. Как мне пишутся сейчас эти строки? Да не знаю, я. Просто, наверное, повторяю свой путь, мини путь, пройденный мною раннее. Я отдаюсь сейчас, как и раннее ситуации, просто сейчас осознаю, что всему рано или поздно наступает конец, «и это пройдет». Возможность, способность отдаться ситуации, раньше для меня, моего сознания была недоступной реальностью. И все же я дошел до дна. Я дошел до своего предела и признал свое бессилие. Вынужденная мера, суть, акт, факт, процесс и действо, если можно так сказать которые помогли мне разрушить токсичность всех моих чувств на пути к полноценному пониманию и чувствованию того «кто я».

Стал ли я более просветленным и счастливым?
Трудно ответить на этот вопрос мне сейчас однозначно. На данный момент я лишь знаю, что есть сейчас. Так же, как и помню нечто из моего опыта и предполагаю о наличии некоторым возможностей, будущего, моего пути.
Констатировать могу лишь, некоторые вещи, которые являются для меня const это сила гравитации и скорость, с которой достаточно точно моя и наша в одночасье планета Земля вращается вокруг своей оси и Солнца. Как минимум эти два факта помогают мне сейчас осознавать и ясно видеть картинку того, как устремляются рождаться дети и приходить каждый на своем пути к своему финишу.

Светлая печаль post factum, и молчаливое кивание головой в знак согласия и подтверждения для меня точности ответа М.Мамардашвили на вопрос А.Н.Леонтьева: «С чего начинается человек?», «С плача по умершему».

Живой, я прожил – похоже, свой кризис множественный. Осознание данного факта позволяет сейчас мне неспешно и подлинно продолжать свой путь и  среди других простор человеческих отношений. Немножечко медленнее, немножечко быстрее, чуть-чуть ближе, чуть-чуть дальше. Не всегда и не везде.

Несовершенством своим, для меня мир идеален и целостен. Благодарю всех, с кем удалось разделить роскошь присутствия. Неожиданности приятных моментов давали мне силы на моем пути человечности.

Бип! Бип!

Терпение. Приход неспешности,
Расслабить душу в безутешности.
Где скорость та? Чудес свершений что?

Да, отскакала все. Осталось лишь цевье.

А может как-то мотивы новые?
Догнать, успеть, забрать, урвать?
Да нет – уж это в прошлом все.
Сейчас покой и с безопасностью.

И мыслей – тучи, греет ночь теменью,
А точность опыта, идет со временем.
Дела рассветные, ясность туманная,
А риск не ощупью – печаль нежданная.